Здравствуйте, дорогие редакторы моего любимого «Пантелеймонушки»! Очень, ну очень вам благодарна, что напечатали «мои мысли вслух» («На пороге осени… Золотое время любоваться звёздами», №19 за этот год). И так захотелось обнять вас, а вместе с вами — и всю Вселенную! Спасибо!

Как же много у тебя, «Пантелеймон», одарённых авторов! Их стихи, истории, размышления учат замечать прекрасное в шёпоте осеннего листочка, в росинках хрустального дождя, в восторженном взгляде младенца, прильнувшего к груди юной Мадонны.

Мне очень-очень нравятся ваши возвышенно-светлые стихи, уважаемые Нина Георгиевна Коржова, Валентина Михайлевская, Елена Николаевна Корсун… Невероятно близки по духу статьи протоиерея Андрея Лемешонка, Р. Костыри, тонко мыслящего психолога Анны Кирьяновой и других. Их так много наших ярких самобытных звёздочек-«пантелеймоновцев».

Притягивает к себе магнитом и колонка главного редактора. Вы, Аннушка Хатимлянская, как нежная скрипочка, виртуозно играющая в слаженном оркестре редколлегии. Вместе с тобой, любимая газета, мы, читатели, мечтаем, учимся мыслить, пытаемся стать добрее и… счастливее. И у нас это получается. Проверено на себе.

Уже более 12-ти лет я неизменная подписчица и маленький, как капелька в море, соавтор любимого издания.

Сегодня снова потянулась к перу и бумаге. Почему? А потому, что зацепил, заарканил вопрос читателя: «Какой смысл притчи «О маме»?» Заинтриговало ваше толкование, дорогие редакторы.  Ваш ответ, многоуважаемая редакция, мне понравился.

Да, эта притча, как бездонный колодец. В ней столько морали, что и в двух вёдрах не унесёшь. Каждый находит в ней свою изюминку, а кое-кто — и «перчинку», задумываясь о том, а стоит ли «заводить» столько детей?!

Мне, маме троих мальчишек, ох как понятно состояние женщины, безумно уставшей от бесконечной стирки, готовки, уборки. От этого тяжкого бремени становишься похожей на зомби. А если ещё и заболел кто-то из малышей!.. Прибавим к этому кошмару ещё и бессонные тревожные ночи… Отсюда и крик, и подзатыльники, и слёзы отчаяния… Хотя я своих озорников и умудрялась не тронуть даже пальцем, но без рёва в подушку не обошлось.

Да, как же это важно вовремя сказать себе: «Стоп!» И поставить вопрос в лоб: «Почему я такая беспомощная, издёрганная, на взводе? Ну не была же я раньше такой! А мои дети разве виноваты, что появились на свет, они-то меня об этом не просили!»

Но кое у кого, бывает, не хватает тормозов, чтобы остановиться! И… распадаются семьи, и вырастают недолюбленными, недоласканными дети. Остаётся и без того несчастная женщина один на один с детками и проблемами.

Конечно, в качестве «скорой помощи» могут и должны служить умные книги. Думаю, в состоянии помочь (и не только советом) наши умудрённые жизнью бабушки, дедушки. Можно обратиться за советом и к многодетным мамам постарше, и к священнику. У нашего отца Георгия, например, 6 деток. И живут они с матушкой Викторией душа в душу.

И всё-таки, мне кажется, главное — это научится матери любить себя. Почему наши детки нередко вырастают эгоистами? Из нашей притчи: «— Мама, что ты делаешь? А как же мы?! — возмущённо кричат чада, увидев, как их мамочка пьёт чай с конфетами». Почему возмущаются? Да потому, что привыкли: мама — это их собственность, и она им что-то должна. А вы, деточки, ничего маме не должны?!

***

Как-то вычитала у тебя же, «Пантелеймон», одно изречение: «Если невозможно изменить ситуацию, нужно поменять наше отношение к ней». Прекрасная подсказка! Спасибо! Так что давайте не паниковать от того, что детишек много, а денег нет… А лучше порадуемся тому, что они всё-таки есть!!!

А с малышами как?! Да просто возьмём и (по совету мудрого старца!) отстранимся от них… на время. Приведём свои исстрадавшиеся тело и душу в порядок. На этот раз немедля позаботимся не о них, а о себе, родимой. Ради них и ради себя же сделаем маму… хорошей! Снять гнев, раздражение можно и нужно!

Но как?! Если вы, как и я, человек верующий, молитесь! И Господь услышит ваш искренний вопль о помощи. (И поможет, и успокоит, и горькие слёзки утрёт). Неплохо применить и аутогенную тренировку, медитации. Настоящая жемчужинка среди медитаций — «Цветок Лотоса». Попробуйте, и почувствуете себя другим человеком!

Так что давайте учить детей (а можно заодно и отца семейства, тактично так) уважать и любить мать.

Ваши лапочки — дочки и сыночки — должны, в конце концов, понять, что мама — тоже Человек! И ей надо помогать. И мамочке, как и вам, деточки, тоже хочется чего-то вкусненького. И платьице красивое. И поиграть (например, за компьютером), и порисовать, и попеть… И разве правильно это придумали: всё лучшее — только детям?!

***

Как-то моя бабушка Доменикия рассказала мне о своей подруге Вере. Муж Верочки погиб на фронте. Осталась она одна с крохой-сыном на руках. Как же тяжко было им выживать после войны! Разруха, голод.

Петеньке тогда не было и трёх годочков. Захожу как-то к ней в гости, а они сидят с сыночком за столом и пьют из алюминиевых кружечек молоко. (Знаю, что им сердобольная соседка продавала по пол-литра в день). И у меня, грешной, тут же молний пронеслось в голове: «И как только ей это молоко в горло лезет?!» Нет, вслух-то я ничего не сказала. Да, видно, прочитала подруженька мои недобрые мысли по глазам.

Петенька ещё долго, задирая золотисторусую головку вверх, лакомился последними живительными каплями. Когда же понял, что дело безнадёжное, поставил пустую кружечку, подбежал к маме — обнял, поцеловал её и пролепетал: «Спасибо, мамочка

Но едва малыш выбежал из комнаты, как Вера молча протянула мне свою кружку. Я машинально заглянула внутрь — там были остатки воды, едва закрашенные капельками молока… «Прости меня, подруга, прости…» — только и смогла вымолвить тогда.

Вырос Пётр Иванович хорошим сыном. И до последних дней жизни любимой мамочки усердно ухаживал за ней, делился с мамой Верой последним кусочком хлеба. А всё потому, что у Пети и у мамочки с детства всё было поровну…

***

И напоследок хочу рассказать вам сказку о Золотой рыбке. Вы улыбнулись? Вот и прекрасно! Да только то, что я вам поведаю, мне просто приснилось.

Сижу я, значит, на берегу моря, ловлю рыбку. Нет, не неводом, удочкой. А у самой в голове — ни словами сказать, ни пером описать… Дома-то остались три моих сыночка мал-мала меньше! А я, бессовестная, бессердечная, бросила их, бедняжек.

Сижу вот тут, на бережку, отхожу от детских криков:

Мам, дай это! Мам, дай то! Мам, пойдём туда! Пойдём сюда! Мам, он (она) дерётся!..

Да так мне жалко себя стало, ну просто страсть! И слёзы брызнули горохом…

Вдруг леска натянулась — и о диво! Поймала я рыбку! Да не простую, а… Правильно, мои несравненные, — Золотую! Красота-то какая — ни в сказке сказать, ни авторучкой описать.

Ну и как ты такое чудо бросишь на сковородку?! Рядом со мной ведро стояло с водицей. Опустила я эту красотку туда.

И тут вдруг, не поверите (!), заговорил мой улов человеческим голосом:

Эх, Ирина, Ирина! И чего ты грешишь — почто слёзки льёшь, на жизнь жалуешься?! Вон сколько женщин мечтают иметь хоть одного ребёночка. И муж у тебя ладный… Любит тебя! Только не вздумай загадывать у меня желание! Ты и так счастливая! А в ч ём оно, твоё счастье, сама должна сообразить, — посмотрела на меня своими нахальными огромными глазищами, махнула хвостом… И тут я проснулась.

Нет ни бушующего моря, ни красавицы с плавниками. А рядом, в кроватках, три моих чудных сыночка носиками-курносиками во сне посапывают. Поцеловала я их, своих родненьких рыбок, и улыбнулась. Наверное, от счастья.

Сказка-ложь, да в ней намёк — «пантелеймоновцам» урок…

***

Спасибо тебе, моя дивная газета, за эту наилучшую притчу. И не только за неё! Надеюсь, мои милые женщины, вы догадались, что не только в деньгах наше счастье.

Благодарю тебя за всё, мой воистину мудрый учитель — «Пантелеймон». Я люблю всех вас очень-очень!

Здоровья всем, а газете — процветания!

Ваша Ирина Самсоненко

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

десять + 13 =